Проект создан при поддержке
Российского гуманитарного научного фонда (грант № 05-04-124238в).
РУССКИЙ ШЕКСПИР
Информационно-исследовательская база данных
Новости
10.04.2010
Актёр Михаил Жигалов: «Вы представляете, что это такое: 13 мужиков в юбках?!»
Сегодня, 10 апреля, 2010 г., в 19:00 на сцене Липецкого государственного академического театра драмы им. Л. Н. Толстого снова дадут «Двенадцатую ночь».

Михаил Жигалов Актёр Михаил Жигалов — один из тех, чью фотографию заметив на афишах, зрители тут же бегут в кассу за билетами. Но в первый день в Липецке этого почему-то не случилось: 9 апреля 2010 г. участникам Регионального Чеховского фестиваля пришлось выступать в полупустом зале. Правда, несмотря на малочисленность публики, в финале звучали такие продолжительные овации, каких наш город ещё никогда не слышал. Да и такого спектакля мы тоже ещё не видели. И дело не только в том, что все женские роли в нём играют мужчины. Дело в звучащем в унисон театральном ансамбле из 13 человек, в любви и в чистом настроении, царящем на сцене. В настроении, не зашторенном декорациями и реквизитом. В радужных пятнах на чёрно-белом полотне шекспировской классики. В танцах под bossa nova и мелодиях шансона.

Отец Кати Пушкарёвой из «Не родись красивой», Ларионов из «Бес в ребро», полковник Борзов из «Границы. Таёжный роман», Кирсанов из «07 меняет курс», Парамонов из «ТАСС уполномочен заявить» и Алексей из «Дневника убийцы» актёр Михаил Жигалов сыграл в «Двенадцатой ночи» Антонио — капитана корабля и друга Себастьяна. После спектакля GOROD48 встретился с одной из самых заметных и узнаваемых фигур в постановке.

— Михаил Васильевич, не расстроило, что зрителей было немного?

— Как это может обрадовать? Просто обидно. Вот сейчас врывается в гримёрку женщина-врач, Сашку Феклистова обнимает. Она нарколог и спрашивает: «Неужели вы трезвые так играете — так не бывает». Восторг полный! Обидно: такую радость могли испытать больше людей.

— С молодыми актёрами как работается?

— Нормально. Даже наоборот, хорошо: иногда что-то удаётся им подсказать, и от нас получается польза.

— В «Двенадцатой ночи» вам доверили роль моряка. Почему всё время играете моряков, военных?


— Не знаю. Мне говорят — вы играете военных. Но, понимаете, у нас страна такая. У нас, если не 95 %, то 85 % мужчин связаны с армией — это точно: либо служили, либо действующие офицеры, либо кто-то сидел, а его охраняли военные и так далее. У нас все так или иначе связаны с военными. Даже в «Трёх сёстрах» Чехова — и то все военные. И там я играл штабс-капитана Василия Солёного, сейчас доктора Чебутыкина играю — он тоже военный. Поэтому это нормально! Военные — это, как ни странно, если задуматься, — то это наиболее типичные представители мужчин нашей большой, необъятной родины.

— В фильме «Батя» вы очень здорово сыграли легендарного командующего Маргелова. Как вы готовились к этой роли?

— Многое было по ходу дела. Очень важно, что всю натуру мы снимали на действующем полигоне в Туле. Со всех сторон стреляли — это рабочий полигон. А потом Александр Васильевич Маргелов меня консультировал. Дело не в этом. Меня радует — мне кажется, нам удалось то, чего не хватало в сценарии — в сценарии немножко не хватало человечности. Там был командарм, а человека нет. Ведь его прямая речь была сделана как — это были цитаты из его статей, из его выступлений. И это всё нужно было очеловечить. И нам удалось. За всё остальное — по линии достоверности — опасений не было.

— На полигоне десантники вам берет не подарили?

— Подарили десантную сапёрную лопату. Но дело не в этом. Мне дорого другое: сколько я не встречал ребят, которые служили в ВДВ, которые даже служили с Василием Филипповичем Маргеловым, все говорят только благодарственные слова и рады, что случилась такая картина. И канал доволен очень: обещал, что в День ВДВ они целиком покажут все 8 серий.

— К 9 мая у вас есть какие-то новые проекты?

— Есть один. Но тут ведь не поймёшь — я же не знаю, что выпустят, а что нет. Есть работы, которые уже сделаны, но ещё не выходили. Их штук 6 или 8.

— Не раз приходилось слышать от актёров и режиссёров, что в нашей стране хорошее кино снимают только о войне. Вы согласны с этим утверждением?

— Да нет. Что значит о войне? Никогда ничего не получается, если ставится задача снимать о войне. Получается, если снимают о человеке на войне. Не когда не война самоцель, а когда война фон, а там живут люди. Вы вспомните старые фильмы: «Они сражались за Родину», тот же западный «Форест Гамп» или тот фильм, который сейчас получил Оскара. Если есть история людей на войне — значит, может получиться. Но и это не гарантия успеха. Если ставят задачей сделать фильм о войне — всё, сливай воду. Это тупиковая задача. Она не решаема.

— Правда, что вас вербовали в чекисты и вы отказались? Не жалеете, что не пошли в ФСБ?

— Да нет, не жалею. Не моё это дело. А каждый должен заниматься своим делом. У меня отец был чекистом. И он, зная меня, мне туда идти не советовал. Хотя он сам окончил Тимирязевскую академию, и по комсомольскому набору попал в органы. Но потом всю жизнь мечтал дослужиться до пенсии и стать председателем колхоза — он был из деревни. Каждый должен заниматься своим делом — это святая формула. Только тогда всё получится. И чекисты нужны. Но там нужны умные люди — если они там работают, всё на своих местах. А попадает туда дуболом — начинаются самоутверждения.

— Вернёмся к спектаклю. Говорят, он уже объехал весь мир. В какой стране самая благодарная публика?

— В Колумбии. Мы объездили всю Латинскую Америку: Аргентину, Бразилию, Колумбию, Чили. Везде люди разные, но в Колумбии просто фантастический зритель. Мы туда привозили на фестиваль «Три сестры» Чеховские, а за нами приезжал Фоменко. Мы играли в самом главном, большом театре. Коллеги хотели прийти посмотреть наш спектакль, но не могли попасть — просто не было мест. Это невероятно! Там очень тонко чувствующая публика — ловит каждое слово, где-то замирает. Они разбираются в театре. И Колумбийский театральный фестиваль — самый сильный во всём американском мире.

— Ваш персонаж — чисто мужской. Когда смотрите на своих коллег в юбках, двусмысленные ассоциации не возникают?

— Не возникают, потому что у меня нет ощущения, что они что-то изображают. Когда Деклан Доннеллан ставил спектакль, когда мы репетировали, самое страшное, чего он боялся: если зритель начнёт смеяться над тем, что у нас мужчины играют женщин — тогда тут же надо закрывать занавес. Он говорил, что зрители через 10–20 минут должны забыть, что играют мужчины. Мне кажется, это происходит. Когда мы выпустили спектакль, я специально подсылал нетеатральных зрителей разных возрастов. И эти люди говорили: сначала как-то чудно, но потом мы забыли, что это мужики играют — так классно. Вот в чём главное. И над этим работали. И это не само собой получилось. Чтобы вы понимали, что такое Деклан, расскажу. Мы начали репетировать, и через какое-то время он пригласил женщину — англичанку, которая занимается пластикой. Хотя драки ставили наши ребята. Она приехала, собрала всех 13 человек и почти целый день рассказывала, чем женская пластика отличается от мужской, в чём физиологическая основа этих отличий. Почему женщины что-то прикрывают и так далее. Было очень интересно. А потом она сказала — завтра все принесите юбки, которые вы смогли бы одеть. И мы все одели юбки. Вы представляете, что это такое — 13 мужиков в юбках!

— У вас же чисто мужская роль…

— Да. Полдня мы ржали. А назавтра продолжили — уже не смешно. При этом мы делаем упражнения на освоение пространства, на движения. Поскольку с Декланом у меня был второй спектакль — первый «Борис Годунов», я его поймал в углу с вопросом: «Что за фигня?». Играют женщин 3 человека, почему мы все должны ходить в юбках?» На третий день мы на юбки уже и внимания не обращали. Деклан сказал: «Вспомни первый день: вы все надели юбки и что началось? Казарма! И это правильно. Сейчас вы на них внимания не обращаете, и они — ребята, которые будут играть — на вас тоже не обращают внимания. И они уже не показывают, не изображают женщин. Они нормально репетируют — они играют женщин. Это очень важно. А если бы осталась мозоль с первой репетиции: они бы надели юбки, вы бы стали смеяться, то они бы зажались. И элемент показа пошёл бы в спектакль. Сейчас этого не будет — вы их не видите». Вот что значит настоящий режиссёр: насколько всё тонко и логично продумано.

— На сцене 13 актёров. Не было суеверий?

— Нет! Это же Шекспир так написал, что 13 персонажей.
 
Источник: Gorod48

©

Информационно-исследовательская
база данных «Русский Шекспир», 2007-2020
Под ред. Н. В. Захарова, Б. Н. Гайдина.
Все права защищены.

russhake@gmail.com

©

2007-2020 Создание сайта студия веб-дизайна «Интэрсо»

Система Orphus  Bookmark and Share

Форум «Русский Шекспир»

      

Яндекс цитированияЭлектронная энциклопедия «Мир Шекспира»Информационно-исследовательская база данных «Современники Шекспира: Электронное научное издание»Шекспировская комиссия РАН 
 Каталог сайтов: Театр Каталог сайтов - Refer.Ru Яндекс.Метрика


© Информационно-исследовательская база данных «Русский Шекспир» зарегистрирована Федеральной службой
    по надзору за соблюдением законодательства в сфере СМИ и охраны культурного наследия.

    Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-25028 от 10 июля 2006 г.